«Когда тебя усыновляют, это значит, что в какой-то момент, ты был нежеланным ребенком»

Новости, Общество

«Когда тебя усыновляют, это значит, что в какой-то момент, ты был нежеланным ребенком»

Журналист Тодд Вандерверфф, которого самого когда-то усыновили, рассказал о том, чему научил его опыт жизни в приемной семье. Его рассказ напечатал портал Vox.

Приемная семья — это настоящая семья

Меня часто спрашивали, знаком ли я со своими настоящими родителями. На такой вопрос, я всякий раз уверенно отвечал: «Да, я с ними вырос».

Мне кажется, это неправильно, когда люди полагают, что родителями становятся в тот момент, когда рожают ребенка в роддоме, и впервые видят его лицо. Для многих это так, однако в моей жизни произошло иначе. Моя мать родила меня, когда была студенткой колледжа. Она была не в самой лучшей ситуации, чтобы растить ребенка. Поэтому через некоторое время она отдала меня в организацию, которая, в свою очередь, передала меня в приют, где я провел первые два месяца жизни. А потом супружеская пара из Южной Дакоты, которая давно безуспешно пыталась родить ребенка, приняла меня в свою жизнь и вырастила.

Мои родители были рядом, когда меня обижали в школе, когда меня бросали девушки, когда мне нужна была машина, чтобы ездить до школы и на работу. Проблемы с родителями, которые бывают у каждого и которые мы часто обсуждаем с друзьями, супругами или психологами, у меня связаны с этими двумя людьми.

То же самое относится к моей сестре. Это моя сестра, несмотря на то, что нам далеко до совпадений в ДНК, которые обычно бывают у кровных братьев и сестер. Она — та девочка, которая бесила меня в детстве, и та женщина, на чьей свадьбе я с гордостью был шафером. Она — единственный человек, который полностью понимает, каково это — быть детьми наших родителей, со всеми их особенностями, точно так же как ваши братья и сестры понимают, каково это жить с вашими родителями.

Иными словами, мое имя — Тодд Вандерверфф. Именно оно указано в моем свидетельстве о рождении, несмотря на то, что получил я его лишь через два месяца после рождения. Мои родители — это моя настоящая семья, потому что именно они переписали мое прошлое и сделали меня своим сыном. Это, и правда, удивительно!

В то же время это не твоя родная семья, и порой ты чувствуешь себя, будто ты с другой планеты

Некоторые сироты ассоциируют себя с Кларком Кентом — одним из самых известных усыновленных детей-сирот. Он тоже любил своих приемных родителей и тот мир, в который он попал, однако в нем всегда оставалось что-то, что связывало его с тайной историей, которую он хранил в своем сердце. Поговорив с другими сиротами, я понял, что у каждого из них есть странная связь между официальной и личной историей.

Я часто рассказывал своей жене, как, будучи подростком, я иногда чувствовал себя инопланетянином, помещенным среди людей, которые никогда не поймут устройство его организма. В конце концов, она, закатив глаза, сказала, что так чувствуют себя все подростки. Однако многие приемные дети подтверждали, что и у них было похожее ощущение.

Конечно, всякий подросток иногда поражается, что «эти люди» — его родители. Однако приемные дети в некотором смысле действительно знают, что «эти люди» не их родители, по крайней мере, если судить по ДНК. А если вы даже не похожи на своих родителей, братьев и сестер, то этому есть еще больше подтверждений.

Даже маленькие дети часто проверяют границы, пытаясь нащупать путь к собственной индивидуальности посреди хаоса детства. Приемным детям, особенно в подростковом возрасте, даются внешние подтверждения того, что они отличаются от других членов своей семьи.

У приемных детей действительно есть связь с кровной семьей, и она очень сильна

Я тоже нашел свою кровную семью. И нет ничего на земле, что могло бы сравниться с этим ощущением. Это мощное открытие, которым я мечтал бы поделиться с каждым.

Встреча с биологическими родителями, с братьями и сестрами, которые только недавно узнали, что ты существуешь, момент, когда вы заходите в дом своей кровной семьи, даже если всего на чашку чая, подобен путешествию из знакомого мира в другую историю вашей жизни.

Вы слушаете истории о сумасшедших вечеринках, которые организовывали ваши родители, о том, какой избалованной была ваша сестра в детстве, какую газировку любил пить ваш отец, и вам становится так легко, так просто представить себя посреди всего этого, даже если вы знаете, что вас там не было. Однако вы знаете, что вы могли бы быть там, если бы не решение, которое кто-то когда-то принял за вас.

Однако по разговорам с другими приемными детьми я понял, что они предпочитают жизнь, в которой они выросли. И все же связь с тем, другим «Я» может быть завораживающей. День, когда я впервые познакомился со своей биологической сводной сестрой — одной из немногих людей на этой планете, похожих на меня, — и мы обнялись, был одним из самых лучших дней в моей жизни. И сравнить его можно только с моментом, когда мгновением позже я впервые увидел своего сводного брата.

Это были не просто объятия людей при первой встрече. Это были объятия тех, кто знал друг друга всю свою жизнь, но ни разу не имел возможности сказать друг другу ни единого слова.

Однако это все, что можно сказать о кровной семье

Если говорить о связи между кровной семьей и семьей, воспитавшей тебя, то связь с последней, безусловно, сильнее.

Мы с сестрой часто смеемся над тем, какие мы трудоголики и как часто мы погружаемся в какие-то проекты, посвящая им все время, пока не закончим начатое. Почему мы стали такими объяснить невозможно, если не вспомнить, как часто наш отец повторял, что «если работу и стоит делать, то стоит делать ее хорошо». Эту фразу он говорил едва ли не чаще, чем все остальные наставления, обращенные к нам. И, конечно, будучи детьми, мы закатывали глаза, однако, как и все дети, его наставления пропитывали нас.

То же самое подтверждают другие приемные дети. Есть вещи, которым они научились у приемных родителей и поняли это, только уже будучи взрослыми. Это то, чем они могут гордиться или, наоборот, чего стыдятся. Это никак не относится к ДНК, но связано, прежде всего, с тем, как они усвоили уроки своих приемных родителей.

Страх быть брошенным мучает приемных детей намного чаще, чем многие думают

Это один из самых серьезных страхов, о котором приемным детям говорить труднее всего, даже с психологом. Об этом страхе написано множество научных работ, некоторые из которых даже предполагают, что этот страх осознается и младенцами.

Мы знаем, что детям нужно чувствовать безопасность и стабильность и что они многое понимают, даже будучи в утробе матери. Поэтому усыновление, особенно если ребенок ждет его неделями, месяцами или даже годами, становится ранней травмой, которая создает полное потрясение. Этот хаос покрывает жизнь приемных детей на какое-то время и никогда не исчезает полностью.

В моей жизни и в жизни многих приемных детей это было именно так. Когда тебя усыновляют, это значит, что в какой-то момент, ты был нежеланным ребенком. Быть нежеланным порой значит быть тем, кому желали лучшего — наверное, чаще всего бывает именно так. Однако это все равно остается той частью твоей жизни, которую ты не можешь изменить, тем внутренним механизмом, который, если ты ему позволишь, постоянно будет напоминать тебе о том, что ты не достаточно хорош.

В моей жизни это привело к постоянному желанию не бросать ничего и никого, даже в тот момент, когда многие уже давно поставили бы точку. Благодаря этому, я мог быть хорошим другом в тяжелые времена, и именно это спасло мой брак. Однако из-за этого я также часто слишком много брал на себя, и мою жизнь слишком часто заполняли вещи, которые мне уже не были нужны. Я никогда не хочу ничего терять, и это чувство коренится в самой глубине моего сознания. И оно встречается у приемных детей намного чаще, чем многие думают.

Родителем не становятся автоматически

Приемные дети лучше других понимают, что быть родителем — это значит не только дать жизнь ребенку, но и воспитать его. Один из моих друзей рассказал, что ему никогда не хотелось найти кровных родителей, потому что они лишились права называться его родителями, когда отказались от него. И несмотря на то, что он иногда ссорился со своими приемными родителями, и иногда разочаровывал их, это были люди, которые изо всех сил старались воспитать его, которые совершали ошибки, но всегда были рядом, когда он нуждался в них.

Наше детство во многом зависит от того, какую позицию мы занимаем по отношению к нашим родителям, в какой момент из всемогущих супергероев, наших всезнающих хозяев, они превратятся в нашем сознании в реальных, живых людей со своими сильными и слабыми сторонами. Ведь даже самые плохие приемные родители являются родителями, просто потому что они готовы быть теми людьми, с которыми будут связаны их дети в лучшие годы своей жизни.

И все же, оно того стоит

Свои интервью с другими приемными детьми я каждый раз заканчивал вопросом: учитывая все, что вы знаете о жизни в приемной семье, готовы ли вы усыновить ребенка, если у вас не будет возможности иметь собственных детей? И каждый из них, даже если у этого человека был ужасный опыт жизни в приемной семье, говорил, что он бы это сделал.

Усыновление в этом случае — это готовность принять, что ты никогда не увидишь самого начала — никогда не сможешь родить ребенка. Это готовность принять, что ты сам, как когда-то твои приемные родители, будешь совершать ошибки, запутываться, но что ты все равно будешь родителем — пока ты готов стараться им быть.

Читайте также:

Мнение посетителей

Здесь еще нету ничьего мнения. У вас есть шанс стать первым.

Добавить мнение